
Дивный мой Мышьюсимец проявил сегодня чудеса ловкости, изобретательности и изворотливости ума. Для начала, будучи уложенным спать, мы наебнулись из кровати, громко зарыдали и пришли ко мне жаловаться на несправедливость этой жизни. Я взяла его на руки, нежно поцеловала, вдохнула смешной запах шампуня и немножко кисленький запах за ушком, нашептала ему, что он - самый лучший, самый умный, самый красивый, самый любимый, самый замечательский и вообще, на чем попыталась уложить обратно. "Неть!" - зарыдали успокоившиеся было мы. Посадила в кроватку, села рядом. Мне всучили Авву и начали что-то втирать на древне-Мышьюсимском. Эмоционально, с размахиванием руками, показом "во-о-о-о-о-от такой рыбы", построением уморительных рожиц и вопросительными интонациями. "Адидяй?!" - интересуется чадо, просительно заглядывая в глаза. Вот что ему можно ответствовать? "Да, конечно, сынок!" - отвечает мама. "Атяти-взвюуек-айдиди-Авва?" - вопрошает сын. "Ты уверен?" - осторожно интересуется мама. "Да!" - совершенно по-человечески ответствует Мышьюсимец. Вот такой конструктивный диалог.
Уложила.
Повозился, попел песТен и уснул. Зайчик мой маленький.
... Из комнаты выходит Тема. Лицо у Темы крайне недоумевающее. В руках Темы - памперс.
- Мам, как он это сделал?
Угу.
Чадо, перед тем, как пасть в объятия Морфея, стянуло с себя памперс и НАПЯЛИЛО КОЛГОТКИ ОБРАТНО. Наизнанку, правда, но даже правильной стороной.
Растет мальчик, однако.