![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
a_k_e_l_aОсень... осень...
Ветер, холодрыга, простудифилисЪ. Вернее, бестемпературный гриппер со всеми вытекающими: ломотой в костях и насморком до пупка. При этом развалился еще и супруг Орденоносный, что совсем навевает на тоску и грусть. А тут еще день рождения неотвратимо подгребает.
Осень.. осень...
Душная пластмассовая ночь, во время которой как никогда легко мечтается о смерти. Тихой, спокойной, красивой и безболезненной. Она придет во сне, прокрадется, как маленькая черная кошка, ласково укроет одеялом и ненавязчиво отправит в вечный сон, в котором будут показывать теплые смешные сказки о лете и море. Но я не могу открыть форточку, чтобы впустить ее - у меня болеет муж. Когда болеют дети - это нормально, хотя и страшно. Я - большая, я - сильная, я все могу. Я могу вылечить, я знаю слова, которые нужно нашептать в маленькое ушко, чтобы малыш проснулся с утра если не абсолютно здоровым, то хотя бы хорошо себя чувствующим. Я - взрослая, и я всегда знаю, что нужно делать. А когда заболевает муж, я превращаюсь в маленькую девочку, которая падает в глубокую пучину отчаяния, потому что отчаянно боится. Наверное, то же самое чувство испытывает маленький ребенок, когда у него заболевают родители. Родительская болячка, пусть даже самая пустяковая, вызывает у ребенка панический ужас - а вдруг они умрут? А вдруг? И я - совсем как в детстве - начинаю капризничать и истерить. Потому что мне страшно. Потому что я не знаю, как реагировать. Потом я, конечно, приду лАститься и зализывать, но через 5 минут опять начну кричать и плакать. Потому что я боюсь. Как маленькая девочка. Как Мышьюсимец. Как в свое время - старшие.
... Осенью умирает природа, и я умираю вместе с ней, несмотря на то, что именно осенью я имела несчастье появиться на свет. Какой может быть праздник, когда все вокруг умирает, закуколивается, останавливает движение жизненных соков? Как можно радоваться очередному прошедшему году твоей жизни, когда листва, еще недавно бурно зеленевшая, безжизненно облетает на землю, и творческие узбеки, матерясь, ежедневно вяло сметают ее в некрасивые желто-красные кучи? Как можно веселиться, когда ты уже не можешь надеть чудесное красное платьице с "рваным" подолом, восхитительные черные босоножки и продефелировать по улице, ловя восхищенные взгляды молодых людей, и осознавая, что никому из них и в голову не придет, что у тебя - трое детей, 2 высших образования и чудная Маргаритища на десерт? Нет, осень - это теплые свитера, колготки под джинсы и неизменные кроссовки, поскольку для изящных осенних сапожек еще слишком тепло, да и не спасут они весь ансамбль - хоть ты тресни пополам. А дальше - зима. Зима - это теплая шуба, в которой нет изящества, несмотря на загубленные жизни десятка-другого нутрий. Нет в ней романтики, в теплой черной шубе с капюшоном. И в кожаных штанах изящества тем паче не наблюдается. А уж о говнодавах и говорить нечего. Который год мечтаю об изящных зимних сапожках, но ежегодно же прихожу к выводу, что либо - изящные, либо - зимние. А с учетом 41 размера ноги - вообще без вариантов. Осенью, зимой и ранней весной я особенно остро ощущаю свою некрасивость и неизящность.
И мне, такой некрасивой и неизящной, уже абсолютно не хочется нравиться. И я перестаю прихорашиваться, мне нужно заставлять себя накрутить что-нибудь на голове вместо студенческого "хвоста" или прически "я-упала-с-самосвала-тормозила-чем-попало" при помощи 2 "невидимок" и заколки-краба. Я перестаю смотреться в зеркало и мечтать о прекрасном. Я вообще перестаю мечтать.
- М., что подарить тебе на день рождения? Деньгами - и не проси, ты все равно их потратишь на детей. А я хочу подарить что-нибудь ТЕБЕ.
Мама... Моя смешная мама, как ты не понимаешь, что осенью - каждой осенью - я умираю, и остаются только они. А им надо оплачивать очередного мануального терапевта, поскольку каждую осень Тема начинает страдать жуткими головными болями, которые успокаиваются только от иглоукалываний и мануальной терапии. Им надо оплачивать курсы для подготовки к ГИА, курсы аглицких языков и логопеда. А еще, мама, у нас нет зимней резины, а посему я имею шанс всю зиму опять таскать на себе не только зимние одеяния, но и жратву на всю семью. Что? Зимняя резина - это не подарок мне? В общем-то, да...
Осенью я начинаю писать в ЖЖ брутальные посты, изобилующие ненормативной лексикой, вступать в глупые споры ни о чем и беспокоиться о судьбах Вселенной. Мне - можно. Я сейчас некрасива, неизящна и вряд ли могу понравиться кому-нибудь, кроме Мышьюсимыча, да еще, пожалуй, Маргаритищи, да и то только в том случае, если ко мне прилагаются груди. Куриные, да. А поэтому - "внимание, сейчас будет слово "хуй". У меня осень, и я могу быть неправильной. У меня осень, и я тупею. У меня нет желаний, нет сил и нет цели. Хотя цель, конечно, есть, но и она мне кажется какой-то куцей и пластмассовой. Потому что я умираю.
Ветер, холодрыга, простудифилисЪ. Вернее, бестемпературный гриппер со всеми вытекающими: ломотой в костях и насморком до пупка. При этом развалился еще и супруг Орденоносный, что совсем навевает на тоску и грусть. А тут еще день рождения неотвратимо подгребает.
Осень.. осень...
Душная пластмассовая ночь, во время которой как никогда легко мечтается о смерти. Тихой, спокойной, красивой и безболезненной. Она придет во сне, прокрадется, как маленькая черная кошка, ласково укроет одеялом и ненавязчиво отправит в вечный сон, в котором будут показывать теплые смешные сказки о лете и море. Но я не могу открыть форточку, чтобы впустить ее - у меня болеет муж. Когда болеют дети - это нормально, хотя и страшно. Я - большая, я - сильная, я все могу. Я могу вылечить, я знаю слова, которые нужно нашептать в маленькое ушко, чтобы малыш проснулся с утра если не абсолютно здоровым, то хотя бы хорошо себя чувствующим. Я - взрослая, и я всегда знаю, что нужно делать. А когда заболевает муж, я превращаюсь в маленькую девочку, которая падает в глубокую пучину отчаяния, потому что отчаянно боится. Наверное, то же самое чувство испытывает маленький ребенок, когда у него заболевают родители. Родительская болячка, пусть даже самая пустяковая, вызывает у ребенка панический ужас - а вдруг они умрут? А вдруг? И я - совсем как в детстве - начинаю капризничать и истерить. Потому что мне страшно. Потому что я не знаю, как реагировать. Потом я, конечно, приду лАститься и зализывать, но через 5 минут опять начну кричать и плакать. Потому что я боюсь. Как маленькая девочка. Как Мышьюсимец. Как в свое время - старшие.
... Осенью умирает природа, и я умираю вместе с ней, несмотря на то, что именно осенью я имела несчастье появиться на свет. Какой может быть праздник, когда все вокруг умирает, закуколивается, останавливает движение жизненных соков? Как можно радоваться очередному прошедшему году твоей жизни, когда листва, еще недавно бурно зеленевшая, безжизненно облетает на землю, и творческие узбеки, матерясь, ежедневно вяло сметают ее в некрасивые желто-красные кучи? Как можно веселиться, когда ты уже не можешь надеть чудесное красное платьице с "рваным" подолом, восхитительные черные босоножки и продефелировать по улице, ловя восхищенные взгляды молодых людей, и осознавая, что никому из них и в голову не придет, что у тебя - трое детей, 2 высших образования и чудная Маргаритища на десерт? Нет, осень - это теплые свитера, колготки под джинсы и неизменные кроссовки, поскольку для изящных осенних сапожек еще слишком тепло, да и не спасут они весь ансамбль - хоть ты тресни пополам. А дальше - зима. Зима - это теплая шуба, в которой нет изящества, несмотря на загубленные жизни десятка-другого нутрий. Нет в ней романтики, в теплой черной шубе с капюшоном. И в кожаных штанах изящества тем паче не наблюдается. А уж о говнодавах и говорить нечего. Который год мечтаю об изящных зимних сапожках, но ежегодно же прихожу к выводу, что либо - изящные, либо - зимние. А с учетом 41 размера ноги - вообще без вариантов. Осенью, зимой и ранней весной я особенно остро ощущаю свою некрасивость и неизящность.
И мне, такой некрасивой и неизящной, уже абсолютно не хочется нравиться. И я перестаю прихорашиваться, мне нужно заставлять себя накрутить что-нибудь на голове вместо студенческого "хвоста" или прически "я-упала-с-самосвала-тормозила-чем-попало" при помощи 2 "невидимок" и заколки-краба. Я перестаю смотреться в зеркало и мечтать о прекрасном. Я вообще перестаю мечтать.
- М., что подарить тебе на день рождения? Деньгами - и не проси, ты все равно их потратишь на детей. А я хочу подарить что-нибудь ТЕБЕ.
Мама... Моя смешная мама, как ты не понимаешь, что осенью - каждой осенью - я умираю, и остаются только они. А им надо оплачивать очередного мануального терапевта, поскольку каждую осень Тема начинает страдать жуткими головными болями, которые успокаиваются только от иглоукалываний и мануальной терапии. Им надо оплачивать курсы для подготовки к ГИА, курсы аглицких языков и логопеда. А еще, мама, у нас нет зимней резины, а посему я имею шанс всю зиму опять таскать на себе не только зимние одеяния, но и жратву на всю семью. Что? Зимняя резина - это не подарок мне? В общем-то, да...
Осенью я начинаю писать в ЖЖ брутальные посты, изобилующие ненормативной лексикой, вступать в глупые споры ни о чем и беспокоиться о судьбах Вселенной. Мне - можно. Я сейчас некрасива, неизящна и вряд ли могу понравиться кому-нибудь, кроме Мышьюсимыча, да еще, пожалуй, Маргаритищи, да и то только в том случае, если ко мне прилагаются груди. Куриные, да. А поэтому - "внимание, сейчас будет слово "хуй". У меня осень, и я могу быть неправильной. У меня осень, и я тупею. У меня нет желаний, нет сил и нет цели. Хотя цель, конечно, есть, но и она мне кажется какой-то куцей и пластмассовой. Потому что я умираю.
